За почти 60-летнюю историю цифровая криминалистика прошла путь от поиска неряшливых хулиганов и мошенников до расследования дел против компьютерных преступников и компаний-похитителей технологий. Современная юриспруденция и криминалистика, как ее часть, изменяется с развитием технологий. Чтобы выяснить, как судебные процессы будут протекать через 20 лет, нужно заглянуть в прошлое. Со-основатель DFCenter Анатолий Земцов рассказал о пути форензики в юридической истории.

История цифровой криминалистики

Считается, что первые обнаруженные киберпреступления датируются 60-70 годами ХХ века – именно тогда начинается рост их «популярности» в США. В СССР же первым раскрытым киберпреступлением принято считать арест мошенника в Вильнюсе в 1979 году. За два года оператору почтовой связи удалось вывести из государственного бюджета 80 тысяч рублей используя ЭВМ и подложные документы. 

Первый же хакер на территории современной России объявился в 1983 году на заводе АВТОВАЗ. Тогда молодой программист Мурат Уртембаев остановил производство автомобилей на три дня, созданной им вредоносной программой. Недооцененный специалист не стал отрицать вину — наносить непоправимый вред заводу не было в его планах. Срок за киберпреступление Мурат не получил, но отнюдь не из-за помощи следствию. Элементарно, термин «киберпреступление» появился только в 1996 году со статьями 272-274 нового Уголовного кодекса РФ.

Новый толчок в развитии компьютерная криминалистика получила во время рассвета «пузыря доткомов» в начале 2000-х, когда талантливые разработчики покидали корпорации, создавая собственные стартапы. Уходя бывшие сотрудники уносили с собой не только знания и опыт, но, иногда,  и разработки бывших работодателей. Чтобы разобраться в таких случаях, руководство компаний все чаще нанимали частных экспертов в компьютерной криминалистике.

Арбитражные споры и форензик

Несмотря на грозное название профессии, специалисты в сфере компьютерной криминалистики (или, как ее часто называют в последнее время – форензики) занимаются не только уголовными делами. Помимо раскрытия преступлений, компьютерные криминалисты все чаще работают в “гражданской” сфере – помогают юристам в рамках арбитражных дел. С учетом современной цифровизации бизнес-процессов в суд попадают цифровые доказательства в спорах о нарушениях прав интеллектуальной собственности, и при оспаривании договора, и при возмещении убытков. 

Пример из практики, спор между New Zealand Limited и бывшим разработчиком компании, перешедшим в собственный стартап. Иногда российские программисты, поработав в компании за рубежом, возвращаются обратно для создания собственного продукта. Разработка решает схожие задачи и это может стать поводом к тому, что бывший работодатель может подать в суд на экс-сотрудника, обвинив того в плагиате и краже разработок.  

Проблемы ИТ-юристов в России

В России пока еще не сформировались четкие и единые стандарты работы цифровых криминалистов, как и понимание значимости их работы юристами. Однако процесс движется, и в «гражданском» сегменте — активно. Один из примеров – практика нотариального заверения страниц сайтов или электронной переписки (в почте или мессенджерах), которая возникла еще в начале 2000-х. Снимки с экранов действительно могут стать доказательством в суде, но их содержание может быть искажено, в том числе умышленно. Поэтому сейчас в спорных ситуациях юристы все чаще обращаются за помощью не к нотариусам (которые далеко не всегда разбираются в информационных технологиях), а именно к специалистам в сфере форензики.

Также спорные ситуации могут возникать, если сами эксперты работают по устаревшим методикам и не учитывают тенденции в развитии, например, актуальных подходов в программировании. До сих пор в делах о плагиате при написании софта для установления факта нарушения авторского права применяется построчное сравнение текстов кода спорных программ. Однако сейчас этот метод все чаще может «давать сбой», ведь программные решения стали модульными. То есть два совершенно разных продукта могут иметь одинаковые части просто потому, что это общий для них «шаблонный» элемент. Это не будет нарушением прав ни одной из этих компаний. 

Цифровизация профессии

Цифровизация постепенно вытесняет рутинные процессы не только из работы юристов, но и криминалистов. Платформа LawGeex уже поборола стэнфордских профессоров в анализе арбитражных соглашений. Бот-юрист DoNotPay оспорил более 160 тысяч штрафов за парковку еще три года назад. В России тоже успешно работают подобные решения: например, чатбот-консультант по вопросам защиты прав потребителей или банковский бот, автоматически формирующий претензии по просроченным кредитам. Однако в более сложных и не настолько стандартизированных делах без живого специалиста пока не обойтись, поэтому не стоит ожидать, по крайней мере в ближайшее время, полной их замены роботами.

Сегодня на долю алгоритмов все чаще отводится поиск, систематизация и анализ больших объемов информации – в этом они действительно мастера. Тут возможности весьма обширны – это выявление потенциально неблагонадежных заемщиков, оптимизация страховых программ и рисков, пресечение случаев мошенничества с сфере госзакупок или распространения неправомерного контента. Отпечаток оставила и популярность технологии блокчейн, открыв возможности для создания различного рода систем фиксации юридически значимых событий и фактов, которые в будущем частично смогут заменить часть функционала нотариусов. 

Полная цифровизация юриспруденции не наступит в ближайшем будущем. Помимо рутинных процессов и анализа документов, специалисты изучают доказательства, ведут расследования и участвуют в судах, используя как профессиональные качества, так и личный опыт и знания. При этом, технологический рост будет стимулировать трансформацию профессии, заставляя юристов, адвокатов и судей погружаться в цифровые процессы и использовать ИТ-технологии.

Автор Анатолий Земцов
Со-основатель DFCenter