Эполеты Сталина, мундир Молотова, шитье для парадного облачения Жукова и, вероятно, единственное из сохранившихся удостоверение СМЕРШа… И это только малая часть из коллекции заместителя председателя правления, члена правления, старшего вице-президента и директора правового департамента банка «Ренессанс Кредит» Сергея Королёва

Читайте «Мурзилку»

Я учился в морской школе. И когда надел свою собственную форму, стал собирать то, что было актуально в 1980-е годы, – значки и нашивки. Ездил в «Военторг» и выпрашивал у дяденек офицеров погоны. Тогда можно было приобретать форму только по военному билету и только ту, которая положена по чину.

Был период, когда я увлекся военно-исторической миниатюрой и стал собирать оловянных солдатиков. Я и сейчас мимо хорошего солдатика не прохожу, но это моя побочная страсть.

А серьезно я собираю все, что имеет отношение к форменной одежде и знакам различия: от фотографий и грамот до мундиров, снаряжения, головных уборов, – за исключением оружия. Таких коллекционеров, как я, в России нет вообще.

Я коллекционирую и милитарию (предметы, связанные с военным делом), и ведомственную форму, потому что для меня это близкие вещи. Хотя современные российские ведомства мало кто собирает. Сейчас у меня около 100 тысяч экспонатов, и финальной точки моего хобби не видно.

Советский период мне более интересен, чем дореволюционный. Помимо книг, любопытным источником информации для коллекционеров советской милитаристики стал журнал «Мурзилка», в котором с начала 1940-х печаталась информация о форме и знаках различия военных и государственных чиновников. Искать нужный приказ даже в открытом архиве дело долгое и сложное, так что и сейчас многие коллекционеры используют публикации из «Мурзилок» тех лет.

Люди концентрируются на темах, периодах, на родах войск, конкретных предметах. Тех, кто собирает милитарию, в стране несколько тысяч человек. А нагрудные знаки коллекционируют десятки тысяч человек.

Я перезнакомился с абсолютным большинством причастных к этому делу людей.

Обмундировать царского офицера нереально

Есть у меня и отдельные вещи времен Российской империи. При всем многообразии существовавшей тогда формы на сегодняшний день сохранилось очень мало предметов. Если я захочу, то смогу полностью укомплектовать генерала Красной армии на Парад Победы. А вот собрать полный комплект царского офицера нереально, поскольку до революции в каждом полку были своя форма, фуражка, погоны, перевязь, ремень своего цвета и свой полковой знак. Но при этом о императорской армии издана и переиздана куча книжек – благодаря эмигрантам – белым офицерам. Есть справочники и таблицы, в которых можно посмотреть, как и что выглядело. Не стоит забывать и о полном собрании законов Российской империи.

А по советскому периоду систематизированной информации мало. Со времен Российской империи мало что сохранилось: серебро переплавлено, одежда утрачена. Осталось либо то, что успели вывезти иммигранты, либо то, что лежит в государственных музеях.

Самой формы дореволюционного периода днем с огнем не сыскать, очень много подделок. Новые русские не разбирались в вопросе, для них было круто поставить дома мундир какого-нибудь царского генерала с полным комплектом наград. И для них целая индустрия шила фейковую форму. Доходило до абсурда – брали форму морского офицера и пришивали на нее шитье от сгнившего адмиральского мундира.

И сейчас рынок наводнен подделками такого рода. Европейцы начали распродавать на eBay свои экспонаты, купленные в 1990-е за копейки. Потенциальные покупатели уверены в их подлинности просто в силу того, что, раз мундир продается из Франции, значит, сохранен потомками белых эмигрантов.

Иногда подделку видно сразу, а иногда без экспертизы подлинность не установить. А если такой мундир еще и отдать реконструкторам, которые пару сезонов побегают в нем по полям воссозданных сражений, от оригинала отличить практически невозможно. Хорошо, что подобных искусников мало.

На чем прокалываются многие фуфельщики? Они хотят заработать быстро и старят вещь искусственно. Но если через ваши руки прошли сотни оригинальных предметов, вы прекрасно понимаете, как изнашивается сукно на фуражке, как мнутся погоны, как истираются нагрудные знаки от ношения портупеи. Хороший ювелир делает копию нагрудного знака, а потом кладет ее в коробочку с камнями и отдает сыну, который весь день катается на велосипеде, и камешки оставляют на знаке сотни микроцарапин, создавая видимость реального ношения. Но истинный ценитель точно знает, что при ежедневной носке царапины выглядят по-другому.

Или такой пример. Моль ест только хорошее сукно и на синтетику обычно не покушается. Поэтому для многих признаком подлинности являются следы жизнедеятельности моли. Так вот, умельцы пару недель держат моль в банке, а потом кладут в нее погоны или петлицы. С голодухи насекомое продырявит и невкусное современное сукно!

Интервью Сергея Королёва

Шлем-стопка для императора

Я не ожидал найти такого потрясающего собрания униформы, наград и знаков различия российской императорской гвардии в Королевском музеи армии в Брюсселе.

Мое внимание привлекло огромное количество предметов полкового серебра. Каждый офицер при поступлении в полк заказывал себе личный серебряный прибор или посуду: вилку, ложку, стопку для водки, сосуд для шампанского. Когда он приходил ужинать в офицерское собрание, ему подавали еду на его именной посуде. Мне особо приглянулся набор водочных стопок, которые были выполнены в виде парадных шлемов. Если такую стопку перевернуть, видно, что это точная копия парадного шлема.

Я выяснил, что основу коллекции составили предметы офицерского собрания лейб-гвардии Казачьего полка, которые были вывезены после революции казаками из Петербурга и после долгих странствий в 1929 году попали в Париж. В 1936 году во Франции к власти пришло правительство социалистов, и эмигранты сдали оружие и военные реликвии на хранение директору брюссельского музея.

Недавно, просматривая лоты на «Молотке», я заметил такой шлем лейб-гвардии Кавалергардского полка – телохранителей императора. И сразу понял, что это точно такая же стопка, какие я видел в брюссельском музее. Продавец лота оказался обычным ломбардщиком из Ейска, который даже не представлял, какую историческую ценность ему принесли в скупку. Так я стал обладателем уникальной стопки практически за бесценок, по цене лома. Может быть, из нее пил даже сам император, когда приходил на полковые праздники…

Самые красивые погоны

Кто-то мою просьбу отдать парадный мундир или погоны воспринимает нормально, а кто-то – в штыки. Когда я обратился к бывшему генпрокурору Скуратову, он легко согласился отдать и вообще оказался душевным человеком – подарил погоны, оставил на них свой автограф и еще подарил книжку.

После того как мы немного поболтали с Геннадием Онищенко, он сказал: «Вижу, что вы нормальный человек, а сначала-то подумал, что “больной”».

Директору ФСБ Александру Бортникову я написал официальный запрос: мол, я известный коллекционер и хочу попросить у вас погоны, стоимость которых готов компенсировать. Мне позвонили и сказали, что погоны отдать не могут.

Дескать, если директор ФСБ будет раздавать погоны всем, кто ни попросит, неизвестно, что из этого выйдет. Я осведомился, как часто его просят поделиться погонами? Выяснилось: я такой один, но этот аргумент был признан неубедительным. Тогда я напомнил звонившему, что полгода назад по просьбе ФСБ предоставил экспонаты для закрытой выставки по СМЕРШу, за что был награжден Почетной грамотой. Дело в том, что по СМЕРШу в архивах ничего не было и меня попросили предоставить форму и даже единственное сохранившееся удостоверение – кто-то нашел его за печкой в сгоревшем доме. И теперь они же меня спрашивали, что я могу сделать с погонами их директора! «А вы представляете, кто ему их вручал?» Отвечаю: «Но они же у него наверняка не одни». Снова ушли думать. Через два дня перезванивают и говорят: «Мы посовещались и все-таки решили погоны вам не отдавать».

Но первым чиновником, который подарил мне свои погоны, был министр путей сообщения Якунин. У него они самые красивые – шириной с ладонь и с огромным орлом из позолоченной канители. И на золотом галуне сияющая серебряная звезда. Выглядят фантастически!

Я получил в дар 18 пар погон от современных российских министров. Просил всех, но некоторые даже не удосужились ответить. Появилась полушутка-полуправда на этот счет: всех чиновников, которые отказались пополнить мою коллекцию, в итоге сняли.

Лично мне больше всего нравится униформа сталинских чиновников – она простая и лаконичная, в чем-то унаследовала дух чиновников царской России. У Сталина была концепция, которую он не успел воплотить, а именно: одеть в форму всех чиновников, как это было до революции. В современной России эта тема возродилась. Сейчас сложно найти министерство или ведомство, в котором нет форменной одежды хотя бы для высших руководителей и инспекторов.

Случайно и недорого мне достался парадный мундир дипломата высшего состава 1943 года и фотография, на которой изображены Вячеслав Молотов и неизвестный посол. Продавец сказал, что форма принадлежит этому самому послу. Но на кителе остались дырки от наград, которые не соответствовали наградам человека на фотографии. Когда я обнаружил четкий след от награды Героя социалистического труда, я понял, что это мундир самого Молотова!

Интервью Сергея Королёва

Образец с парада Победы

Самая красивая военная форма была введена Жуковым после войны, когда он стал министром обороны. Там настоящая позолота на бархатном воротнике и рукавах, раззолоченная фуражка, кокарда с позолотой. И эту красоту венчал огромный наградной иконостас из серебра, золота и драгоценных камней. У каждого рода войск был свой цвет знаков различия и формы, разноцветные фуражки: красные, малиновые и синие. Богато и красиво – в общем, Жуков знал толк в военной моде.

Потом все пошло на спад, в 1969 году началась унификация с погон, которым оставили всего три цвета. И то хорошо, ибо в 1960 году от погон вообще хотели отказаться, заменив их нашивками, но реформа так и не состоялась. Получается, все, как в царское время. Приходил новый царь и первое, что делал, реформировал мундир. По солдату царской армии сразу было видно, при ком он служил.

В советский период эта традиция сохранилась – с поправкой на то, что реформу знаков различия проводил новый министр обороны. В российский период тоже самое: Сердюков ввел моду на Юдашкина, а Шойгу первым делом переодел армию в форму эмчээсовцев. И все определяется вкусами конкретного министра.

У меня есть уникальный образец формы с Парада Победы. При подготовке к нему было принято решение одеть генералов понаряднее, для чего заказали сукно в Англии. Но в день парада, 24 июня, шел сильный ливень. После окончания парада многие его участники не могли снять с себя мундиры, потому что те сели, и одежду с генералов срезали ножницами. Так что настоящая форма с парада практически не сохранилась. Но у меня есть мундир, принадлежавший генерал-полковнику Павлу Ивановичу Драчеву. Он возглавлял интендантскую службу и на параде не маршировал, стоял на трибуне под зонтиком, а потом сразу пошел на банкет. Поэтому сберег свой мундир в целости и сохранности.

А вот где форма Берии, неизвестно. Думаю, когда его репрессировали, все и уничтожили. Либо она спрятана в архивах ФСБ. В архивах много чего интересного хранится под грифом «секретно». Например, вся информация о форме КГБ с 1955 года засекречена.

Цены выросли в сотни раз

Я давно перестал считать, сколько трачу на свою коллекцию. Погоны стоят от 100 рублей за современные образцы до сотен тысяч за маршальские. За редкий мундир генерала или маршала придется выложить несколько сотен тысяч рублей. Сейчас некоторые знаки из тяжелых металлов стоят по 5 тысяч рублей, а покупал я их в девяностые за 250 рублей. То есть цены выросли в сотни раз. Они упали только на ордена и медали. Несмотря на то что коллекционировать их запрещено, это никого не останавливает. В тучные годы люди вкладывали шальные деньги в наградные знаки – те ведь были из драгоценных металлов и собирать их считалось престижно. Но после кризиса 2008 года эта тенденция пошла на спад. Но меня она не затронула, ведь награды меня никогда не интересовали.

Цена на советские фуражки – от двух тысяч до 100 тысяч, там разброс огромный. Самое дорогое и самое редкое – это довоенная форма Красной армии, она практически не сохранилась. Началась Отечественная война и сразу перешли на полевую форму, все, что было на складах захватили немцы, а в 1943 году вместо петлиц ввели погоны. Репрессии затронули весь высший состав, и их вещи сгинули в лагерях. Остальное было сношено, потеряно, перешито. Большинство сохранившихся предметов военного времени добыто на ликвидированных в перестроечное время военных складах. В семьях, если что-то и осталось, скорее, чудом.

Следующая редкость – маршалы 1940–1950-х годов и советские министры. Их родственники отказываются общаться, будучи уверенными, что я мошенник. Наследие дедов они передали в музей или красный уголок дома культуры, где все это богатство благополучно сгинуло или пылится. Где вещи сталинских министров, не знает вообще никто, да и мало кто их видел.

Кстати, парадная солдатская форма 1940-х годов тоже большая редкость. Солдаты демобилизовались в гимнастерках, а мундиры оставались в части, где их донашивало следующее поколение, а потом отдавали на ветошь.

Интервью Сергея Королёва

Без музея

Периодически я участвую в тематических выставках. Привозил свои экспонаты в Музей Великой отечественной войны, в Звенигород по случаю юбилея битвы за Москву, раз в год провожу тематические выставки в нашем банке. На юбилей Победы представлял ретроспективу формы всей войны. И такого не увидишь ни в одном музее мира.

Но постоянной экспозиции у меня нет. Все упирается в помещение. Крохотная часть коллекции представлена в двух залах на «Павелецкой»: зал по ведомственной форме и зал по Великой Отечественной войне, – и в небольшом помещении на «Коломенской», там экспозиция по флоту. Но попасть туда можно только в моем присутствии.

Еще я делал выставку, посвященную моим дедам, которые прошли через Вторую мировую: минометчик, водитель и морской летчик. Сотрудничаю со Следственным комитетом, они просят форму и знаки отличия прокурорских сотрудников.

Музей – это то, о чем я мечтаю. Но сотрудничество с действующими музеями, опять же, ни к чему толковому не привело. Они предложили зал в аренду плюс стоимость полицейской охраны всех витрин. Но зачем мне, коллекционеру, нести эти расходы?

Тем не менее я надеюсь, что в будущем у меня обязательно появится собственное помещение в Москве, где я открою музей истории отечественной униформы.

Фото: Роман Коновалов
Текст: Ксения Богданова

Яркие идеи рождаются благодаря взаимодействию с другими людьми, обмену энергией, эмоциями и мыслями.

На Executive Assembly «Genesis» мы будем «добывать совместный огонь» для достижения личных и бизнес-целей через призму взаимодействия людей и команд между собой, с CEO и владельцами компаний

16 апреля ждём вас на Executive Assembly «Genesis», единственной в своем роде (не)конференции для топ-менеджеров и inhouse-юристов крупнейших российских и иностранных компаний.

Как все будет проходить? 

Вас ожидает обучающая и развлекательная программа с элементами известного иммерсивно-мотивационного шоу, тренинги, TED-выступления, сторителлинг, групповая работа, игры, музыка, фитнес и мультимедиа, а также много других сюрпризов.

Зачем это нужно лидерам команд? 

  • Прокачаете навыки и знания.
  • Осознаете свой потенциал и возможности команды.
  • Обнаружите точки роста, о которых ранее не задумывались.
  • Получить мощный заряд энергии и вдохновения.
  • Обменяетесь честным опытом и идеями с топ-менеджерами самых влиятельных компаний в стране. 

Ворвитесь в весну со свежими силами и новыми возможностями. Регистрируйтесь уже сегодня!