Бывший юрист ЮКОСа Дмитрий Гололобов о своей нынешней жизни, практике и перспективах

Этот наш герой живет и работает в Лондоне. Для него, человека, влюбившегося в Англию еще в детстве, переезд оказался скорее неожиданным, чем осознанным выбором будущего. Дмитрий Гололобов был главным юристом ЮКОСа, и однажды его возвращение в Москву стало «очевидной всем глупостью». Сегодня Дмитрий преподает английским студентам право и помогает соотечественникам обосноваться за границей. А еще он известен своими ироничными комментариями к самым разным общественным и политическим событиями

Тучи над ЮКОСом

Тучи над ЮКОСом постепенно сгущались. У Вас появилось желание все бросить и поискать себе более спокойное место?

Многие считали, что дело зашло не слишком далеко и вопрос еще можно решить. Тогда, в принципе, все решалось. Достаточно вспомнить дело Владимира Гусинского и телекомпании НТВ. В юридическом управлении ЮКОСа присутствовал некий духовный подъем, старые сотрудники считали, что, по крайней мере, можно замедлить движение «танковых колонн противника» и договориться. Но никто не предполагал, что обе стороны окажутся столь упертыми и несговорчивыми…

Компания ЮКОС была очень и очень близка с государством. Там работали бывшие министры и генералы ФСО и КГБ, дети и родственники высокопоставленных чиновников. Никто не верил, что государство станет отгрызать собственную руку. Думали, «милые бранятся – только тешатся».

Если верить прессе, Вы не явились на очередное судебное заседание и уехали из страны. Что это — счастливая случайность?

Не было никакого судебного заседания. Я уехал в командировку, в то время было очень много дел в Лондоне по «Сибнефти». А через несколько дней после моего отъезда возвращение в Москву было уже очевидной всем глупостью.

Сейчас многие известные бывшие юкосовцы спокойно работают в России: и в Администрации Президента, и в Газпроме, и в Роснефти, и в ВЭБе. Ну а кто-то работает таксистом в Праге. Но об этом как-то не упоминается.

В лондоне

Считаете себя виноватым в том, в чем Вас обвиняют в России: в выводе активов и отмывании денег?

Экономическая преступность даже в развитых в правовом отношении государствах – вещь весьма запутанная. Достаточно сказать, что, например, в этом году Верховный суд Британии поправил казавшийся незыблемым так называемый Ghosh тест, определявший, что именно является нечестным поведением. А в России в конце 1990-х и в начале нулевых корпоративное и налоговое право находились в квазиэмбриональном состоянии. Это позволяло проводить в «серой» области сделки, которые сегодня кажутся абсолютно дикими. Когда государство начало разгребать эту кучу, тогда и появилось дело ЮКОСа. По большому счету, оно о глубинных основах правопорядка и законности в государствах переходного периода. И вряд ли кто-то уверенно может поделить всех на правых и не правых. Особенно если вспомнить, как и за какие деньги приобретались активы.

Все с нуля

Что Вы почувствовали, когда узнали, что не сможете вернуться в Россию? Возможно, никогда…

Несколько лет многие из нас верили, что ситуация урегулируется, и не чувствовали себя пожизненными беженцами. У меня было много дел — от чисто профессиональных до просто учебы. Стресс, конечно, присутствовала у кого его нет? Но мне было намного легче, чем другим: я с детства люблю Англию и давно мечтал хорошенько покопаться в английском образовании. Сейчас, наблюдая за своими клиентами, я понимаю, каким реально может быть уровень «эмиграционного стресса», особенно когда человек из олигарха в один день превращается в беженца и 90% друзей перестает с ним разговаривать.

Вы все потеряли и пришлось все начинать с нуля?

Не думаю, что определение «все потерял» применимо к «неолигархам». Вот они, действительно, теряют в таких ситуациях почти все. Начиная с 2002 года я и мои коллеги жили на осадном положении и были ко многому готовы. Сначала мы старались помогать попавшим в трудную ситуацию бывшим сотрудникам ЮКОСа, из этого стал выкристаллизовываться некий условный бизнес.

Я очень много занимался образованием, учился в нескольких лондонских университетах, позащищал кучу всего, уже 11 лет читаю лекции местным студентам.

Качество английского юридического образования связано с его возрастом (первый университет основан во времена Куликовской битвы), ну и конечно, с общими традициями и регулированием профессии. Юристы много зарабатывают, но и требуют там от них много, соответственно высокие требования предъявляются и к образованию. Российской системе обучения до этого очень далеко: у нее нет мощных естественных столпов поддержки вроде признанного во всем мире английского языка, common law (британской судебной системы, которая не нуждается в рекламе) и британского же регулирования юридической профессии с ее давними традициями.

Английское образование успешно обслуживает академическую науку и в то же время жестко ориентируется на практику – скоро введут новый квалификационный суперэкзамен для будущих практиков. Все в движении и развитии, за всем стоят большие деньги, поступающие от студентов всего мира, и интересы десятков крупных университетов. Российское же юридическое образование пока стоит на распутье и только думает, что ему делать. За очень редким исключением оно все еще находится под влиянием совкового мышления, совковых традиций и задавлено замшелыми академическими руководителями, которым глубоко чужды новые веяния и западное право.

Сообщество рептилоидов

Сейчас Вы работает с опальными русскими, которые перебираются в Лондон. Говорят, что с ними никто не хочет иметь дело…

Когда правила переквалификации для россиян немного изменились, я квалифицировался как местный юрист. Работаю с несколькими фирмами, например с фирмой «Трунов, Айвар и партнеры». А Gololobov and Co – это просто личный бренд, не более.

Русским всегда было непросто в Лондоне. Если есть деньги, тебя как бы любят, но за спиной называют придурком с наворованными миллионами. Многие швыряются деньгами направо и налево, считая, что это помогает им добиться расположения местных. Это просто смешно. Условное сообщество реальных политических и экономических беженцев куда более закрыто, чем «мировое правительство рептилоидов». А вот фуфлыжников, вешающих лапшу на уши доверчивым англичанам, хватает.

Но в целом работа с русскими, которые по тем или иным причинам перебазируются в Лондон, становится все сложнее и от этого интереснее. Что бы ни говорили «диванные эксперты», без русских денег Британии после выхода из Евросоюза придется трудно. За счет этих денег живут и риелторы, и лорды.

Замечали ли у англичан пренебрежительное отношение к тому, что Вы русский и работали в ЮКОСе?

Скорее, своеобразный положительный эффект: «Ой, давайте возьмем (наймем, пригласим) это русского! Пусть все видят, что у нас работают даже бывшие финансовые гангстеры и мы ну просто очень толерантны». Хотя по мелочи, конечно, разные проблемы случаются, но это переживаемо. Беженцам из Сомали не легче.

С кем я дружил в ЮКОСе, с тем продолжаю дружить и сейчас, мы даже работаем вместе. Юристы ведь на редкость закосневшие в своей корпоративности люди.

Каким должен быть английский юрист?

Он должен уметь жестко и цинично вырвать для своего клиента то, что положено. К другому вы и сами не пошли бы, ведь правда? Впрочем, нынешнее поколение сильно отличается от людей 1990-х — что уж говорить о нас, маргиналах из 1980-х.

Тонкий английский юмор

Когда Вы окончательно освоились: стали жить местным бытом, местными новостями, обросли местными друзьями?

В Англии нельзя окончательно освоиться – для этого тут надо родиться и вырасти. Так что этот процесс по-своему бесконечен. Что радует, так это вежливость, законность, упорядоченность. А вот бесят постоянное желание истинных англичан встать в проходе метро в час пик и общее качество сервиса.

Русский язык люблю, помню и с удовольствием регулярно им пользуюсь. Документалист Кирилл Туши, который снимал фильм про Ходорковского, почему-то сказал, что бросается в глаза, как сильно я скучаю по родине. Мне кажется, он попытался снять справедливый и непредвзятый фильм, но потом понял, что это в принципе невозможно, и в итоге получился фильм про его впечатления. Нечто такое, за что на него ополчились все, а фильм сразу позабыли.

Свободное время я провожу за чтением, занимаюсь спортом и написанием разных статей и пасквилей, включая участие в программе «Матрешка» на лондонском русском радио (оно меня убедило, что мне это нужно). Нельзя же всю свою жизнь посвятить защите компании, которой давно уже нет. Черпаю вдохновение, разумеется, из чтения чужих комментариев. Есть хобби – коллекционирование книг и сборка компьютера своими руками. В целом ничего особенно примечательного и веселого.

Интерпол меня уже несколько лет не ищет. Дело прекращено. Я абсолютно свободно путешествую, в том числе могу поехать в Россию, хотя Google, конечно, помнит все. Лично для меня профессиональных и академических возможностей в Лондоне в разы больше, нежели в Москве. Все-таки я уже английский юрист. А возвращаться ради одной только ностальгии, наверное, глупо. Хотя, если меня пригласят в совет директоров приличной нефтяной компании, без проблем перееду на историческую родину. Надеюсь, все поймут: это не более чем тонкий английский юмор.

Беседовала: Лада Полубарьева

Legal Executive Summit 2019

26 – 29 сентября , Баку

Первое и единственное неформальное юридическое событие, где нет ни слова о законах! Только практические темы, актуальные лидерам команд, честные и вдохновляющие истории, глубокие смыслы и искреннее общение.

3+ насыщенных дня, 20+ спикеров и топовых тренеров, 100+ гостейлидеров команд по юридическим, корпоративным, комплаенс вопросам, связям с государственными органами и управлению непрофильными и проблемными активами

Регистрация и подробности на сайте www.legalsummit.ru